Хелен Таммемяэ: бежать нельзя остаться

HelenColor

Самиздатовская газета о культуре и обществе Müürileht во многом изменила эстонское медиапространство. Мне было крайне интересно расспросить главного редактора издания Хелен Таммемяэ, как у них там все устроено в плане идеологии, мотивации, финансирования, командной работы и пр.


С какой целью семь лет назад была создана газета Müürileht?

В 2007-2008 годах тартуский дух был особенно активным — было много начинаний, некоторые из них в чем-то революционные. Например, клуб «Гениалисты» переехал в здание театра на Лутсу 2, и начались бесконечные тусовки. Мы с друзьями организовывали «Противные дискотеки» («Vastikud diskod»), на наши вечеринки приходило до 700 человек — для Тарту это было что-то невероятное. В то же время начали работать Uus Teater, прошел в первый раз фестиваль современного искусства ART IST KUKU NU UT (в этом году он состоялся в последний раз), на бывшей фабрике по производству дрожжей мы устроили культурный завод (на сегодняшний день он закрыт). Но обо всем об этом мало писали, резонанса не было, поэтому местные галереи, клубы, театры и творческие союзы решили объединить свои силы и сделать общее издание.

По большому счету, за эти годы цель нашей газеты не изменилась — мы пишем о том, о чем мейнстримовые СМИ не говорят, о тех, чьи действия в долгосрочной перспективе меняют этот мир. Единственное, если тогда весь мир ограничивался для нас Тарту, то теперь через тартускую призму мы смотрим на Эстонию в целом и на то, что происходит за ее пределами. Мир мог бы больше походить на Тарту, в котором зарождаются такие интересные проекты как Müürileht. Правда, сейчас тартуский дух «сдулся», нынешние студенты, похоже, прилежные, учатся целыми днями.

Как формируется ваша команда? Какой средний возраст редакторов и авторов газеты?

В среднем людям из редакции Müürileht под 30 лет. Впрочем, мне кажется, что возраст никакой роли не играет — скорее с нами работают люди, которые умеют думать по-новому, видеть вещи шире, чем остальные. На постоянной основе газетой занимаются довольно молодые люди в силу того, что в этом возрасте ты можешь позволить себе жертвовать личной жизнью и какими-то удобствами ради больших идеалов.

Формирование и развитие команды происходит у нас довольно естественно. Если кого-то не хватает, мы кидаем клич, говорим с друзьями и обычно довольно быстро находим человека с необходимыми умениями и навыками.

Все ли члены редакции получают зарплату? Насколько много расходов, связанных с изданием газеты, покрывает государство и Тартуская горуправа?

Нет, не все, оплата редакторского труда появилась совсем недавно, и большая часть работы по-прежнему делается на добровольных началах. Да и те зарпла-ты, чо мы можем предложить, не позволяют достойно жить: надо либо еще чем-то заниматься либо быть аскетом.

Поддержка государственного сектора составляет около 60% от всех доходов Müürileht. Но нас финансируют на проектной основе, поэтому мы часто не знаем, что нас ждет через три месяца. Мы нашли способы как-то издавать газету за счет доходов от подписки и рекламы, но это все же не дает уверенности в завтрашнем дне.

Как вы подбирали статьи для февральского номера?

Учитывая то, что в феврале День независимости, а в марте выборы в Рийгикогу, мы обозначили тему номера как «Эстонское государство и пути его развития».

Расскажи немного о себе — кто ты по специальности, как попала в журналистику, почему сейчас живешь в Берлине?

Моя душа постоянно куда-то рвется. После окончания гимназии с художественным уклоном я поступила в Художественную академию на искусствоведение, но так как все мои друзья уехали в Тарту, то и я, проведя год в академии, пошла в Тартуский университет на семиотику и теорию культуры, параллельно с этой специальностью я изучала экономику и живопись — просто брала без разбора предметы, которые меня интересовали. Я не особо серьезно относилась к учебе, но диплом об окончании все же как-то получила.

До Müürileht я с журналистикой не соприкасалась, я была связана с организацией вечеринок и мероприятий. Когда пять лет назад мне предложили заняться редактированием газеты, я все начала выстраивать с нуля. Если честно, то меня сложно чему-то научить, я скорее самоучка. Я сперва сомневаюсь в авторитетах, только потом начинаю их слушать.

В Берлин меня привели прошлым летом мои жажда свободы и приключений. Было чувство, что в Эстонии в моем поле зрения возникла стена, которая не позволяла видеть целое. Необходимо было уехать, чтобы побыть наедине с собой и взглянуть на все со стороны. Потребность постоянно сбегать, уезжать всегда была частью меня. Я — кочевник, мне надо постоянно быть в пути.

Жизнь в Берлине сделала меня более сосредоточенной и спокойной. У меня появилось куда больше времени, чтобы заниматься газетой, а также крутить пластинки на вечеринках. Если Müürileht — это работа, то музыка — это моя религия. И чтобы быть счастливой, мне нужны они обе.

Какую музыку ты играешь?

На сегодняшний день я могу описать свой стиль как bass filled dance music. Это понятие включает в себя хаус, глитч-, гетто- и дип-хаус, техно.

Если в какой-то момент ты решишь оставить издание, Müürileht выживет?

Я понимаю, что во многом Müürileht зависит от моих действий, так как помимо всего прочего я еще и ее издатель. Именно эта роль, а не главного редактора, определяет дальнейшую работу газеты. Но Müürileht — это все же издание целого сообщества, и все лавры я себе брать не хочу. К счастью, мы уже почти достигли того уровня, когда система достаточно сильная, чтобы не зависеть от одного человека. Так что думаю, что я уже сейчас смогла бы передать эстафетную палочку главреда, при этом газета продолжала бы выходить. Но в то же время я чувствую, что еще многое могу сделать в рамках этого издания.

Какие достижения Müürileht ты считаешь самыми важными?

Мы обогатили культурные медиа. Благодаря появлению Müürileht мейнстримовые издания ввели рубрики о культуре (Postimees, err.ee). Наша газета послужила импульсом для обновления «Сирпа». После нас возникли многие самиздатовские журналы. Помимо этого мы объединили деятелей из разных сфер культуры. В своей социальной рубрике мы стараемся нести в эстонское общество новые идеи.

Какова роль самиздата в эстонском медиапространстве сегодня?

Это сложный вопрос. Я вообще начала сомневаться в том, где та граница, что отделяет самиздат от других СМИ? Одно время такой общий знаменатель казался нам и нашим партнерам необходимым, чтобы Министерство культуры признало подобные издания и считалось с нами при формировании культурной политики. Но уровень инициированных разными сообществами изданий крайне неровный: некоторые узкопрофессиональные журналы куда качественнее других СМИ, а некоторые издания профессиональной журналистикой не назовешь. Остается надеяться, что читатель разберется, какому источнику стоит доверять, а какому нет.

Так что самиздат может как обогащать медиапространство, так и загрязнять его и создавать бессмысленные противостояния.

Какие издания ты сама читаешь? Какое, на твой взгляд, самое сильное и любопытное эстонское издание?

Я всеядна, читаю все, что под руку попадется и покажется интересным. При этом я внимательно отношусь к источникам — всем изданиям не доверяю. Также для меня важна стилистика языка, продуманный визуал — журналистика должна быть профессиональной. Неопытность я могу простить, но небрежно сделанных вещей не терплю. Примеров для подражания у меня нет, я стараюсь сама быть лучшей.

В эстонском контексте я скорее слежу за работами конкретных авторов. В своей нише очень хорошо работает Äripäev — при довольно ограниченном круге читателей они выстроили отличное издание.

Каким ты видишь Müürileht через пять лет?

Конкурентом, который подталкивает мейнстримовые издания Эстонии к развитию, а также вдохновляющим примером для самиздата.


читать на эту же тему