Дмитрий Краснов «Эпикриз»

11122018133031_changed

Когда Землю плавно накроет Big Data,
И фэйстоп напишет: «ха-ха!»,
То с неба пойдет минеральная вата
И ляжет на лес ПВХ.
И обновится в растущей Вселенной
Android до новой iOS.

А в Boston Dynamics вгрызается в стены
еще электрический пес.
Концы оголяя, когда-нибудь сточит
До обуха кромку ножа
И чаю захочет, и к маме захочет,
И в дворники, и в сторожа.


Зимнее солнцестояние, автобус развозит грипп,
Город парит градирнями, кашляет и охрип.
Лифт даже если вызовут — только пустой и вниз.
Поэт карандаш облизывает и пишет нам эпикриз:

«Икс пять головного мозга и уличный Джи Би Эл.
На МРТ у вегана радфем инородных тел.
Тленоглобин повышенный, в метаболитах тлен».
— Похоже, по симптоматике у Вас это постмодерн.

Притом в терминальной стадии, переходящий в мета.
Методика Ватсон-Хауса бессильна. Быть может, это
утешит Вас нулевого: Вы станете первым в практике.
Леченье же Ваше сводится к смягчению симптоматики.


Наш плоский мир стоит на сурикатах,
На триллионах столбиков смешных.
(Дмитрий Легеза)

И эти удивительные звери
В миру кругом используются в вере,
Их вешают на стены и на двери,
Известны их рисунки на пещере,
У них есть курс, они везде в ходу.

И в бедных странах их едят и точка,
В богатых их едят и запятая,
Они наличными, возможна и рассрочка,
В Китае фабрика, у нас есть потайная,
Они и в радость с нами, и в беду.

Войну и мир разложите на строчки,
На буквы, на фонетику, на атом —
То даже там все пахнет сурикатом.
Под звездной ночью до плодов Ван Гога
С ножом добраться и Мадонну в клочья
Порезав, и пока орет тревога,
Вы сурикат узрите там кусочки.

Как видите, весь текст про сурикатов.
Мы с вами, видно, тоже (непечатно).
Кто улыбнулся, тот, конечно, знает.
Приходит Гавриил трубить расплату,
И грешники несут их повсеместно
И, между прочим, ими искупают.
А сурикаты нет, не выживают,
Но держат этот мир… и так нечестно.


Человек с головою быка подрезает у светофора,
Соблюдает в дверях этикет,
Покупает бумажный пакет.
Человек с головою быка победителем вышел из спора,
У него аргумент, пистолет,
Сын, жена и абонемент.

Человек с головою козы искушен дорогим макияжем,
Достает из пакета салат
И танцует под белый iPad.
Человек с головою козы минеральную воду на пляже
Оставляет. Последний глоток
И глядит сквозь него в ноготок.

Человек еще без головы в ресторане свое ест печенье
И не хочет гусиный паштет,
У него скоро сядет планшет.
Человек еще без головы между плеч ощущает давленье,
Все тревожит и все теребит
Эту шишку краями копыт.


Мы вернемся когда-нибудь новые, в новых пальто.
Никакого тумана не будет у нас за плечами.
И спустившись на землю, пойдем по причалу к авто
Сквозь застывших навеки меня и тебя на причале.
Паперный Т.А.М.

Вы нас не ждите. А в общем-то, кто будет ждать?
Ты ли, читатель, уставший в начале куплета?
Или сбербанк, мне которому все не отдать?
Или оставленная на краю догорать сигарета?

У нас за плечами туман. На плечах черт-те что!
Два чемодана. На разные рейсы билеты.
Я — это ты, если ты — это я. Тогда кто
Держит нас за руки эти последние метры?

Трап подают, самолет подают и еду.
На борт проводят, осмотр и еще инструктаж.
Мы подо льдом, а взлетев, будем точно на льду.
Выправим угол атаки и крен, и тангаж.

Если и сядем, то точно не мы и не здесь.
Шляпу поправим, устроимся в таксомоторе.
Радио будет нести иноземную весть.
И станем мы жить там не в радости, но и не в горе.


читать на эту же тему