Праздник, который всегда с тобой, даже если ты сам этого не хочешь

gosudarstvo

В ноябре прошлого года газета «Сирп», Культурная палата Эстонии и Ассамблея Сотрудничества Эстонии объявили победителей конкурса эссе на тему «В чем суть эстонского государства?» («Mis on Eesti riigi mõte?»). Одно из призовых мест заняла работа писателя, поэта и переводчика П.И. Филимонова. Печатаем перевод эссе, изначально написанного по-эстонски.


Убей в себе государство.
Егор Летов

Песню, рефрен которой вынесен в эпиграф, я впервые услышал в подростковом возрасте. Я слушал ее и размышлял над сутью, смыслом и институтом государства, настолько, насколько это было возможно в том возрасте. Нельзя сказать, что уже с младых ногтей я был особенным анархистом или прочим индивидуалистом. Нельзя так утверждать и сейчас, по меньшей мере, в плане анархизма. Об индивидуализме в моем случае говорить можно и даже, пожалуй, стоит. Если на меня нападает охота анализировать себя с этой точки зрения, то каждый раз выходит, что идеологически я — антиидеологическое существо, вообще не поддерживающее какую бы то ни было идеологию. Это приблизительно означает, что я не особенно хочу как-либо связываться с государством. Но в то же время, я — законопослушный гражданин и бунтовать против государства тоже никогда не буду — раз уж оно есть, пусть существует, только, по возможности, в максимально параллельном относительно меня мире.

 

…внутри каждого человека находится монстр, и, чтобы достигнуть подлинной свободы, нужно от этого чудовища избавиться.

 

В песне, если кто не знает, поется примерно о том, что внутри каждого человека находится монстр, и, чтобы достигнуть подлинной свободы, нужно от этого чудовища избавиться. Но суть этого чудовища никак не раскрывается. Оно просто есть. Как это вообще свойственно Летову, слова песни открыты для толкования. Я толкую их таким образом, что в человеке всегда имеется что-то сродни фрейдистскому суперэго, кто-то, кто знает, как нужно жить, вести себя, что следует, а что не следует делать в определенных ситуациях. И если его слушать и выполнять его приказы, то тут-то ты и попадаешь в когти своего внутреннего государства и теряешь там свою свободу, свое настоящее «я», свою искренность и непосредственность. С этим я всегда так или иначе боролся, хотя, разумеется, здесь есть несколько поправок, которые следует учитывать.

Во-первых, личная свобода, увы, заканчивается там, где начинается причинение вреда другому человеку. То есть получается, что законы нужно исполнять. По крайней мере, те из них, которые направлены на защиту личного благополучия граждан. Хотя бы из банального чувства страха: если моя свобода скажет мне, что я могу украсть чью-то вещь, которая мне жутко нравится и которой у меня самого нет, то ведь нет же никакой гарантии, что того же самого не случится со мной уже в роли жертвы. Не говоря о более серьезных преступлениях. Эти примеры, согласен, банальны, но жизнь сама по себе, увы, часто еще банальнее, что характеризуется девизом «я терпел, и вам велел».

Во-вторых, становясь старше, я неизбежно успокаиваюсь, опять-таки в самом бытовом значении этого слова. Я уже не слишком хочу затевать каких бы то ни было поведенческих революций, не хочу показывать людям «как надо», не хочу создавать неприятностей и скандалов. В конце-то концов, кто я такой, чтобы кого-то учить? Если этому кому-то удобно поступать именно так, как предписывает общество, пусть поступает. Это тоже один из возможных выборов. Мне и самому в большинстве ситуаций удобно быть конформистом и совершенно общественно полезным типом.

 

Государство для меня всегда означает что-то неприятное, что не дает простому человеку спокойно жить.

 

Но это все, разумеется, только вступление к теме. Летов был панком, я, скорее, нет, разве что только в теории, так что вести себя в полной мере, как предписывает эта песня, я никогда бы не смог. Песня-то длится всего пару минут, мои же родители воспитывали меня долгие годы и, в общем, вылепили из меня того законопослушного беглеца от проблем, которым я сейчас и являюсь. Подозреваю, впрочем, что от меня ожидается немного другое. Если у меня спрашивают, в чем смысл эстонского государства, то, очевидно, желают знать, как я, инородец, живу в Эстонской республике, что это для меня означает, и насколько я лоялен. Может быть, подобное толкование есть только проекция во внешний мир моих внутренних демонов, но как-то избавиться от этой мысли я не могу. Итак, живу я хорошо, правда, не в государстве, а в этом мире, на этой территории, где совершенно случайно действует и эстонское государство. Я по-прежнему пытаюсь не вмешиваться в дела этого чудовища и обустраивать свою жизнь каким-то таким образом, чтобы и монстр тоже минимально в нее вмешивался. Здесь дело не конкретно в эстонском государстве, скажу по-другому, ключевое слово в этой конструкции не «эстонское», а «государство». Честно — государства я не люблю. Все равно, какие. Государство для меня всегда означает что-то неприятное, что не дает простому человеку спокойно жить. Государство всегда от нас чего-нибудь хочет. Хочет, чтобы мы шли в армию, хочет, чтобы мы платили ему определенную сумму со своих доходов. Как когда-то писал Иосиф Бродский, «мало того, что нужно жить, нужно еще и ежемесячно платить за это». Что же дает нам государство в обмен на все эти жертвы? Ничего особенного. Типа защищает как от внешней агрессии, так и от внутренних преступлений и типа предоставляет пенсию по старости или по немощности. По крайней мере, мне ничего другого в голову не приходит. Да и это малое сомнительно. Например, в случае этой возможной внешней агрессии, во-первых, вы действительно верите, что наше государство, такое, какое оно есть, в состоянии нас защитить? И во-вторых: любая внешняя агрессия опять-таки направлена против него, государства. Это свои, межгосударственные разборки, я в них могу только выбирать стороны. Естественно, я выбираю сторону своего государства, потому что с ним у нас волей-неволей сформировался какой-то симбиоз, мы как-то уживаемся, и формировалось это совместное проживание на протяжении многих лет, т. е., по сути, на протяжении всей моей жизни (вернее говоря, в данном случае я старше второй Эстонской республики). Я приспособился к эстонскому государству настолько, насколько подобное приспособление вообще возможно. К потенциальному новому государству, будь то агрессор или дружелюбный поглотитель, мне пришлось бы приспосабливаться заново, а в силу природной лени делать этого я не хочу. В жизни есть занятия поприятнее.

Словом — государство не является одним из моих родителей, чтобы я любил его безусловной любовью. Мою любовь к государству нужно заслужить, а государство лично я не волную, да и неохота ему что-либо со мной предпринимать. В этом смысле иллюзий быть не может, государство — такое, как бы это сказать, слишком всеобщее явление, как продавщица в советском мясном отделе — «вас много, я одна».

Если говорить совсем откровенно, эстонское государство было и есть по отношению ко мне довольно снисходительно. Зарплату я получаю в государственном учреждении. В тюрьме я, правда, два раза бывал, но оба раза в качестве выступающего гостя — тоже своеобразный такой экспириенс. Даже в армии я не служил, потому что поступил в университет в 1993 году, а тогда действовал какой-то путаный закон, что те, кто поступали в университет, сразу зачислялись в резерв. Максимальную власть надо мной, ну как власть, максимальное вмешательство в мою жизнь, эстонское государство продемонстрировало как раз тогда, в 1994 году, когда вызвало меня в военкомат, чтобы выдать тот самый «белый билет», о чем я, как человек, законов не читающий, не был в курсе. В силу незнания я нервничал, поскольку желания служить в армии никак не мог в себе отыскать. А когда я нервничаю, я склонен шутить в избыточных количествах. Может быть, это вообще не связано с нервами, может, это просто одна из черт моего характера, я не знаю. В военкомате меня встретили две женщины старшего пожилого возраста, которые начали задавать мне, честно говоря, глуповатые вопросы. Например, они спросили, какой у меня размер головного убора. Окей, понятно, государство хочет обеспечить меня форменной шапкой, но я не знаю своего размера. Ну вот не знаю и все. До сих пор не знаю. Даже теоретически не могу предположить, как эти размеры обозначаются.

 

…по историческим причинам для эстонцев собственное государство сверхважно…

 

Это я государству и ответил, на что оно вышло из себя и стало меня увещевать. К счастью, государство тогда не смогло пойти против закона, так что так я и остался в глубоком резерве. И та встреча остается по сей день единственным моим тесным контактом с эстонским государством (так, как я его себе представляю). Потому что — и это очень важное место, если вы дочитали до этой точки и не разорвали журнал в клочья и не прокляли меня как предателя, представителя пятой колонны и русского подонка — для меня существует разница между государством и страной. В этом нет ничего особенного, она существует для многих, но есть и такие, и почему-то именно здесь, в родных пенатах, и их на удивление много, для кого этой разницы не существует, и кто и другим не желают давать позволения на это различие. Во многом это и понятно, по историческим причинам для эстонцев собственное государство сверхважно, но, прошу меня извинить, моей точки зрения это изменить не может.

Государство — это, скорее, тот внутренний бюрократический каркас, который удерживает эту страну, позволяет ей оставаться целостной и независимой. Вполне возможно, что без этого каркаса этой страны как таковой вообще бы не было — я не могу с этим спорить. При этом каркас этот негибок, да и не может быть гибким, современным, мягким и пушистым в общении. Потому что кости не общаются. В силу своей ригидности они еще и хрупкие. В любом случае, если бы страна Эстония могла существовать без (эстонского) государства, я был бы в тысячу раз счастливее. Ну ладно, это я образно. Так уж много я об этом не думаю.

Если теперь все-таки попытаться ответить на вопрос о сути эстонского государства кратко и при этом так, как требует и хочет слышать это чудовище, то вот мой официальный ответ: смысл эстонского государства заключается в том, чтобы сохранялась Эстонская земля, чтобы она как-то держалась вместе, чтобы она не развалилась, не стерлась, не пропала. Чтобы это не звучало слишком пафосно, можно слово «земля» заменить словами «культурное пространство» или просто словом «пространство». Чтобы сохранилось, значит, Эстонское пространство, и обязательно с большой буквы (к этому моменту я еще вернусь). Если эстонское государство, чудовищное, как и все государства в мире, справляется с выполнением этой функции, его существование для меня оправдано.

 

Эстонское государство не запрещает и не наказывает, оно, скорее, занимается европейским бюрократическим регулированием.

 

Это не переворачивает с ног на голову все, о чем я говорил до сих пор. Оттого что оно выполняет свою функцию, государство не становится приятнее. Если оно справляется со своей функцией, я просто готов его терпеть. Причем я отдаю себе отчет, что, во-первых, монструозность эстонского государства в сравнении с каким-нибудь другим, да вот хоть одним соседним государством, — это как детский лепет на фоне президентской речи. Эстонское государство не запрещает и не наказывает, оно, скорее, занимается европейским бюрократическим регулированием. Во-вторых, парафразируя одно известное высказывание одного известного политика, с моей точки зрения, государство, в качестве обустройства человеческой жизни, вообще никуда не годится, но ничего лучшего я предложить не могу. В этом смысле оптимистом быть нельзя, потому что вообще нет никакой вероятности, что до конца моей жизни придумают что-нибудь новое и более свободное. Так что чего уж там, вытерплю, но при условии, что жизнь государства будет развиваться с моей жизнью по возможности параллельно, как уже сказано, и притом в евклидовском смысле этого слова, то есть, не пересекаясь.

Я обещал вернуться к понятию Эстонского пространства. То есть, к тому, ради чего я готов вытерпеть существование государства. Под этим я, в сущности, понимаю свой дом. Я, как уже было упомянуто, являюсь крайним индивидуалистом, вследствие чего, естественно, тоже страдаю, но уже на бытовом уровне. Может быть, было бы возможно меня как-то изменить, но я сейчас не об этом. Так что, с точки зрения этого радикального индивидуалиста, Эстонское пространство — это то пространство, где я веду свою повседневную жизнедеятельность. Все мои друзья, родственники, знакомые, любовницы. Все кафе и кабаки, в которые я хожу, концертные площадки, кино и просто театры, которые я посещаю, «Максима» рядом с домом, «Аполло» и «Рахва Раамат». Бар «Лабор» и ночные таллиннские таксисты с их потрясающими и ужасными разговорами. «А. Ле Кок Арена», пиво «А. Ле Кок», любимый итальянский ресторан в старом городе и опять-таки разговоры с друзьями на различные темы в различных состояниях. Все наши робинзонады, все наши эскапады, все наши бесконечные игры разума и нервов. Возможность поехать в Пярну в гости к Александру (даже если не поеду, просто возможность должна быть), возможность поехать в Нарву в гости к другому Александру. Возможность прыгнуть к друзьям в машину и поехать в Латвию. Еда, которую я покупаю в магазине, одежда, по поводу которой мой друг-фэшиониста отпускает унизительные комментарии. Тексты, которые я пишу. Социальные сети и асоциальное поведение. Моя бывшая жена. Обе мои бывшие жены. Возможно, будущая тоже. Вся моя жизнь. Все, что здесь вокруг меня происходит. Все, о чем я думаю, все, что меня волнует, и все, что я ненавижу. Все это, во всяком случае, пока я физически нахожусь в Эстонии, связано с Эстонским пространством, с Эстонским контекстом. В этом смысле большая буква в слове «Эстонский» играет роль, потому что в моем личном пространстве существует достаточно много людей и явлений, национальное происхождение которых не является эстонским, но которые находятся в Эстонском пространстве, встроены сюда. По той простой причине, что я сам здесь нахожусь, и все, что со мной происходит, следовательно, тоже находится здесь.

Иначе говоря, отбрасывая всякую вежливость, отвечаю на вопрос во второй раз, нахально, но откровенно. Смысл, суть эстонского государства состоит в том, чтобы мне лично было весело, удобно и интересно здесь (и вообще) жить.


читать на эту же тему