Live Life Large

isl

Уже почти четыре года я живу в Исландии. Причины две — бойфренд и глубокая симпатия к отсутствию рамок. Исландия хоть и считается  европейской страной, на самом деле наполовину находится в Америке — здесь можно собственными глазами увидеть разрыв Евразийской и Северо-Американской плит. Многим кажется, что исландцы — это скандинавская нация, однако, их ДНК хранит информацию как о норвежцах, так и о кельтах — ирландцах и шотландцах, именно по этой причине блондинов здесь меньше, чем рыжих и брюнетов. Скорее всего, именно гены объясняют и специфичность исландского юмора — уж очень он похож на британский. А первое впечатление от Исландии — это засилье всего американского: в течение 60 лет в Исландии находилась военная база США, солдаты построили здесь дороги, познакомили аборигенов с гамбургерами и Кока-колой, некоторые увезли с собой красивых исландок, и впервые за последние 800 лет в языке островитян появились сленговые выражения. Об американском периоде очень хорошо повествует фильм «Дьявольский остров» (Devil’s island). 


Áfram Ísland!, или почему?

Население Исландии — всего 320 000 человек. Европейцы пришли сюда лишь в 9 веке. До середины двадцатого столетия из-за суровых природных условий и голода детская смертность была очень высока. На численность населения повлияли и такие глобальные катастрофы, как извержение вулканов и как следствие — таяние ледников и наводнения, а также чума. Но на данный момент в Исландии, наряду с такими странами, как Албания, Македония и Кипр, один из самых высоких показателей естественного прироста населения в Европе. На самом деле, даже невооруженным глазом можно заметить огромное количество детей на улицах, в кафе, магазинах, галереях. В городах постоянно открываются новые детские сады и требуются воспитатели.

Но. Несмотря на малочисленность, на отсутствие известных университетов, академий и школ, лепта исландцев в мировую культуру значительна. Это родина Нобелевского лауреата по литературе Хальдора Лакснесса (который, кстати, отлично знал русский язык и часто бывал в России), певицы Бьорк и музыкантов группы Sigur Rós, современных композиторов Йохана Йоханссона и Олафура Артнальдса. Здесь родились небезызвестный режиссер Бальтазар Кормакур, который параллельно работает и в Исландии, и в Голливуде, номинированный на Оскара режиссер Фридрих Тор Фридрикссон, увлеченный «Догмой» Дагюр Каури и многие другие.

Мне кажется, в этом «повинна» их любовь к свободе и страсть выходить за рамки возможного и дозволенного. Может, именно поэтому в 2008 году здесь рухнули банки — исландцы просто ни в чем не знают меры. В каком-то смысле их девиз — это «все или ничего». Почти каждый день я слышу от своих друзей и знакомых, что в Исландии самая лучшая погода, самый лучший дизайн, самые красивые и умные дети, самые успешные бизнесмены. В общем, „Áfram Ísland!“ («Исландия, вперед!»).

Þetta reddast!, или все на гриль!

По уровню потребления исландцев можно сравнить разве что с американцами — огромные LCD-телевизоры во всех комнатах, на одну семью три машины, одна из которых обязательно джип, двухнедельный отпуск на Майорке всей семьей — и на все это в банке берутся кредиты, а до платежеспособности никому нет дела. До кризиса кредит в исландском банке было взять легче, чем поступить в техникум. После кризиса исландцы вроде как задумались, кто-то действительно изменил свой образ жизни, но в целом все постепенно возвращается на круги своя.

Вообще, среднестатистический исландец ведет крайне нездоровый образ жизни, на ланч съедает хот-дог или гамбургер, а за ужином пьет Кока-колу. Непонятно, каким образом Исландия попала на пятое место в мире по средней продолжительности жизни, который составляет здесь 81,8 года (к примеру, Эстония — на 104 месте с возрастом 71,4). Моя теория — секрет их долголетия кроется в правильном отношении к жизни, которое звучит как „etta reddast!“, т.е. «все наладится!».

Детей все лелеют и балуют, редко когда ругают (ни разу не видела сама). По традиции, во многих исландских семьях сладости детям разрешаются только по субботам, когда весь день они едят почти только одни конфеты и мороженое. Кстати, с точки зрения стоматологов — это лучше, чем есть каждый день по конфетке.

Исландцы очень простые в общении люди. Незнакомцы разговаривают между собой на улицах и в магазинах, любят лишний раз пошутить, но при этом здесь нет навязчивой доброжелательности в сфере обслуживания или в гостях. В исландском языке более не существует уважительной формы «Вы», поэтому и к президенту, и к Папе Римскому можно обращаться на «ты». Кстати, в русском языке обращение на «Вы» появилось только во времена правления Петра Первого, в 1722 году.

Это ощущение равенства и братства распространяется и на голливудских звезд, которые любят отдыхать в Исландии. Надо отметить, что почитание Бьорк и Sigur Rós здесь практикуют исключительно туристы — исландцам, в принципе, все равно, кто кем работает или кто чем занимается.

Сразу, как я приехала в Исландию, все местные знакомые дружно решили, что раз мой друг исландец, то я непременно должна говорить на его родном языке. Первое время, когда я почти ничего не понимала, я очень обижалась и считала исландцев крайне недружелюбными, ведь здесь все прекрасно говорят по-английски. Сейчас же думаю, что благодаря их настойчивости я смогла выучить этот непростой язык. Исландский мало изменился с 12-ого века, поэтому теперь я могу читать саги, написанные на старонорвежском, хотя самим норвежцам это не под силу.

В отличие от Эстонии, стремящейся быть похожей на старушку Европу, Исландия, напротив, всячески пытается выделяться среди других стран и диктует свои условия. Прошлые полгода мы жили в Дании, общались с исландцами, которые и после 15 лет жизни в Дании не могут привыкнуть к местному менталитету, неотъемлемые составляющие которого — это обязательность и соблюдение целого свода правил. А вот исландцы, например, непунктуальны, что порой раздражает иностранцев.

Если говорить о том, что бы я хотела «перенести» из Исландии в Эстонию, то это безопасность и равенство в обществе, которые не определяются сводом законов, а, скорее, доверием людей друг к другу. С глобализацией и здесь многое меняется, но уровень взаимного уважения все еще очень высок.

И я уже привыкла к местной погоде. Воздух здесь намного суше, чем в Европе, и, в общем-то, холод переносится нормально. А когда наконец-то выходит солнце и наступает так называемая „grillveður“ («погода для гриля»), то посреди рабочей недели закрываются магазины и офисы, чтобы работники могли пойти домой и насладится со своей семьей теплыми деньками.

 


читать на эту же тему