Таллиннский андеграунд поколения Z

lowcult

Руслан РХ продолжает знакомить нас с представителями поколения Z, которое постепенно начинает отвечать за движуху в столице. За пару часов до концерта Sonic Death Руслан встретился с промоутером Павлом Зионовым. Павлу 19 лет, и его серия вечеринок Lowcultism уже заняла свою нишу в Таллинне. У Павла афроприческа, внушительные дырки в ушах, очки в большой черной оправе; одет в худи, тяжелые мартинсы и обрезанные узкие джинсы.


Я не учусь, не хочу идти куда-то просто так. Но я и не отдыхаю — я вот этим всем занимаюсь, это отнимает у меня порядочно времени. Мне это действительно интересно!

Я начал привозить группы, так как хотел их сам услышать. Я ничего не зарабатываю на этом. Пытаюсь создать какой-то движ и пытаюсь это сделать настолько качественно, насколько я могу. У нас эта ниша абсолютно никем не занята. Не привожу такие масштабные группы, как «Пасош» или «Буерак». Мне, во-первых, они не интересны, а во-вторых, не хочу такие риски на себя брать.

Все мои любимые группы из андеграунда. На данный момент было пять привозов: Slackers, «Мама», «Последняя вечеринка», «Увула», сегодня вот Sonic Death.
Ко мне информация случайно приходила. Просто ты начинаешь искать какие-то большие сообщества в интернете, потом натыкаешься на более мелкие и так находишь такие варианты… непопулярные, что ли. Непопулярность — это не главное, конечно. Ты просто узнаешь про какой-то жанр, гуглишь по этой теме, узнаешь какие-то проекты.

Lowcultism — это культ низкого качества, включает в себя DIY. Название моего паблика Satan Pop я увидел как жанр на Bandcamp, мне оно понравилось своей ироничностью. То есть звучит это, как будто все должно быть злое и агрессивное, но на самом деле это просто аутсайдерская музыка.

Почему наше поколение любит лоу-фай? Просто люди наконец-то поняли, что качественно записанная музыка далеко не всегда высокого качества. Ровно как дерьмовая музыка не станет хорошей, если ты просто скажешь, что это специально так сделано — типа лоу-фай.

Поколению Z уже гораздо менее интересны студенческие кредиты. Они хотят что-то создавать.

Я играю в двух проектах. Bake After Killin’ — это серф-панк попроще, мы с ним не очень хотим заморачиваться. И КEETAI — более концептуальный проект, нойз-рок, на него мы тратим основную часть своего времени.

Хотелось бы получить музыкальное образование, но то, что меня интересует, стоит очень и очень дорого.

В 16 лет я зависал на Юласе, 12. Это социальный центр, там идейные челы, хардкор-панк, краст.

В Sveta Baar звук странный? Мне пофиг. Вот чуваки чекались пять песен, говорят, в конце лучше звук был. Я не заметил разницы.

В основном я все делаю один, но мне очень помогает Стивен, который играет со мной в группе, и владельцы Sveta Baar Люк с Мадлен — без них вообще ничего бы не было. Люк еще и звук делает — я в этом не шарю особо.

Главное — это крутые чуваки, играющие крутую музыку, а не то, что они откуда-то там. То есть местных я тоже поддержу без проблем, если мне они понравятся.

Обычно мы оплачиваем музыкантам проезд и проживание, в некоторых случаях еще и гонорар обещаем. Правда, в последний раз все было настолько плохо, что мы еле-еле отбили абсолютный минимум, — все просто тусили на улице со своим бухлом.

Хотелось бы хотя бы как-то иметь возможность жить на заработки от музыки, а потом уже можно смотреть бесконечно высоко. Вообще было бы клево открыть какое-нибудь самобытное место для пятничных вечеринок, но это, возможно, в другой жизни.


читать на эту же тему