Жизнь на переполненном суперпианистами небосклоне

pinaninst

Многие вопросы этого интервью не связаны между собой. Мне просто давно хотелось задать их Стену. Мы сидели в квартире его мамы, среди антикварной мебели, Стен заботливо подстилал под чашки и тарелки салфетки и постоянно извинялся, что не успел до конца убраться после вечеринки по случаю отличного концерта. Он не так давно вернулся из Англии, только начинает обустраиваться в Эстонии после четырех лет отсутствия.

Стен Лассманн — за ним закрепилась слава одного из самых ярких молодых пианистов Эстонии. Этим летом он получил докторскую степень в Королевской академии музыки в Лондоне и выпустил на лейбле Toccata Classics пять дисков с фортепианным творчеством Хейно Эллера (еще три диска ждут своей очереди, и тогда все фортепианное наследие Эллера будет записано). Стен был моим сокурсником, потом стал учителем, лучшим учителем по фортепиано из тех, кто у меня был. Было здорово просто встретиться и поговорить.


Начнем с детства. Когда тебе было лет 6-7 — что для тебя значила классическая музыка?

Я помню те произведения, которыми занимался мой отец (прим. автора: пианист Пеэп Лассманн, нынешний ректор Музыкальной и театральной академии Эстонии), готовясь к очередному концерту. Например, 1-й концерт Шостаковича, с которым я выступал позавчера, мой отец играл где-то в 90-м году, мне было 8 лет, я хорошо помню эту музыку. Но на самом деле я был обычным ребенком — играл в игры, у меня были хобби. Cейчас принесу коробку и покажу тебе: я составлял энциклопедии птиц, книги по истории и архитектуре старого Таллинна…

Стен протягивает мне толстенную тетрадь, где на каждой странице вклеена картинка с птицей, указано ее название на эстонском и на латыни и вклеен либо написан от руки текст.

В то время я знал название каждой их этих птиц, на латыни тоже.

Музыкой я стал заниматься лет в 6-7. Это был естественный процесс, ведь мой отец пианист. Но какой-то страсти к фортепиано у меня не было. Я даже толком не помню своих первых музыкальных впечатлений или произведений, что я играл. Интересовали меня обычные детские радости. Серьезный интерес к фортепиано возник в 14 лет, когда я услышал «Мефисто-вальс» Листа в телепередаче «Листомания» на ЭТВ. В этой передаче выступали молодые эстонские пианисты (Марко Мартин, Кай Раттасепп, Ральф Тааль, Ристо Лауль и другие). Я тут же захотел сыграть «Мефисто-вальс» и начал много заниматься. Хобби отпали, осталась только музыка.

А ведь когда-то Лист услышал выступление Паганини, и это дало ему толчок, чтобы пересмотреть всю свою технику и уйти с головой в музыку… Кстати, я помню твое исполнение «Мефисто-вальса» уже после того, как ты окончил академию: ты слишком добрый для этого произведения.

Зато соната «По прочтении Данте» у меня получается хорошо…

Кстати, почему для исследований ты выбрал творчество Хейно Эллера?

В 2007 году я искал тему для магистерской работы, хотелось заниматься чем-то таким, что никто до этого не исследовал, но при этом чтобы вопрос был достоин изучения. И я пришел к тому, что огромное фортепианное наследие Хейно Эллера (1887-1970) никогда не было записано целиком. Позже это стало темой моей диссертации. Да, Хейно Эллер был композитор номер один в Советской Эстонии, но большую часть его произведений не исполняли, так как они были написаны во времена Первой Республики. До сих пор многие любители музыки не знают, насколько много достойных произведений написал Эллер. Например, на состоявшемся в минувшую субботу концерте прозвучало произведение «Музыка для струнных инструментов», написанное в 1942 году, когда немцы арестовали первую жену композитора; при жизни Эллера на публике его исполняли лишь однажды, в 1943 году, и это был радио-концерт. По причине того, что трагическое содержание произведения не совпадало с бравым настроем соцреализма, и сам Эллер подпадал под кампанию Жданова по борьбе с формализмом в искусстве, композитор отказался от его исполне-ния. А в 90-е годы не считали нужным заниматься исследованием творчества обласканного советской властью деятеля.

Бетховен, Моцарт, Бах — для слушателя любого уровня подготовки эти композиторы, в принципе, довольно понятны. А что ты посоветуешь людям, которые идут на концерт, где будет звучать, скажем, Прокофьев, не говоря уже о современной академической музыке?

Подготовиться: послушать дома в YouTube те произведения, что будут звучать на концерте, почитать о них немного. Но в конечном итоге самое важное — это то, захватит ли эмоционально сам концерт или нет. Я считаю, что музыка — язык универсальный, если вам предложили настоящий товар, вы это почувствуете. В современной музыке я пока не очень разбираюсь, потому как не было времени хорошо изучить этот вопрос. Но то, что я слышал, настраивает меня на скептический лад. По-моему, Шостакович — последний классик, возможно, также Мессиан и Лигети.

А вот такой вопрос: почему музыка занимает такое важное место в эстонской культуре? Приведу пример. В этом году по состоянию на 1 сентября в Таллиннском университете было защищено 17 докторских диссертаций. Три из них были удостоены внимания прессы, т.е. на порталах Delfi и Päevaleht были опубликованы новости, к ним оставлено довольно много комментариев. Одна из этих работ была посвящена теме успеваемости русскоязычных школьников, другая — использованию компьютеров и Интернета среди детей дошкольного возраста, третья — тому, как уроки музыки в школе влияют на дальнейшее увлечение музыкой. Оказывается, музыка так же важна для эстонцев, как национальный вопрос и вопрос кибер-безопасности детей…

Очень интересный вопрос. Думаю, что отношения эстонцев с музыкой такие же, как и у любой другой нации. Но для нас начиная с 19 века музыка была связана с политикой и национальным самоопределением, через нее можно было выразить свои чувства и чаяния вне зависимости от сменяющихся режимов. Музыка далеко не всегда непосредственно связана с искусством.

Твое самое сильное впечатление от культурного события последнего времени?

В последнее время я был крайне занят — получение докторской степени, концерты, поэтому не смог попасть на многие стоящие концерты в Лондоне. Из последних сильных впечатлений — выставка Караваджо. Потрясающий художник — никогда не рисовал эскизов, все писал начисто на холст и сразу гениально. Но произведения искусства раскрываются в полной мере только тогда, когда ты сам приложил достаточно усилий для их изучения. Сейчас я стараюсь поближе познакомиться с изобразительным искусством, в процессе изучения я понимаю то, как непрофессионалы воспринимают классическую музыку. На все нужно время.

Когда ты сидишь в качестве слушателя на классическом концерте — что оцениваешь ты?

В конечном итоге, каждый играет то, что у него внутри, конечно, при условии, что у него достаточно профессиональных навыков для исполнения того или иного произведения. Я стараюсь услышать человека. Я крайне счастлив, когда удается послушать концерт без профессиональных предубеждений. Например, совсем недавно в доме Братства Черноголовых выступала пианистка Кай Раттасепп. Это было чистое наслаждение. У меня не было ни одного упрека ни как у профессионала, ни как у обычного слушателя, которого трогает, прежде всего, эмоциональность. Но часто бывает так, что на сцене звезда мирового уровня играет спустя рукава, потому что концерт в Эстонии — это абсолютно неважно для карьеры. Такие концерты не только оставляют равнодушными, но и вызывают возмущение.

Когда ты выступаешь на сцене, ты думаешь о публике? У тебя есть какой-то месседж?

Месседж заложен в самой музыке. Я стараюсь передать те аспекты, что считаю важными в том или ином произведении. Будучи на сцене, постоянно ощущаешь направленный в твою сторону поток зрительской энергии, чувствуешь то, как тебя слушают.

Как становятся звездами в классической музыке?

Первое место на конкурсе еще не гарантирует того, что ты станешь звездой. Прежде всего, тебе надо родиться или жить с молодого возраста в мегаполисе, точнее, одном из крупнейших городов США или в Лондоне. Даже Париж и Берлин уже не подходят для успешного старта. Как и в любом бизнесе, важна инфраструктура. Судя по некоторым моим сокурсникам, которые уже стали звездами мировой величины, например, гитарист Милош Карадаглич, либо на пути к этому, очень многое зависит от характера человека — ты должен вести себя как звезда, быть открытым различным предложениям. Для пианистов сейчас стать суперзвездой крайне сложно, потому как рынок переполнен.

А кто сейчас главная суперзвезда?

Lang Lang. Правда, в Америке сейчас раскручивают нового кумира Niu Niu. Почти как New New. Забавная игра слов. В любом случае, это бизнес, и надо понимать, что в какой-то момент твое имя и художественное дарование становятся массовым товаром — ты должен быть в состоянии много и хорошо выступать.

Кто тебе из молодых исполнителей сейчас больше всего нравится?

Евгений Судьбин — родом из Санкт-Петербурга, окончил Королевскую академию музыки в Лондоне.

В конце ноября у тебя будет тур по Эстонии. Почему стоит прийти на твой концерт?

Турне завершится 26 ноября выступлением в Концертном зале «Эстония». Думаю, прийти стоит из-за программы, сложной, виртуозной и разнообразной. Начну концерт с сонаты Эдуарда Тубина «Северное сияние» — считается, что это самое лучшее и своеобразное, что есть в фортепианной музыке эстонских композиторов. Затем соната «По прочтении Данте» Ференца Листа. Это одно из важнейших произведений в моем репертуаре. Во втором отделении я сыграю пять коротких пьес Хейно Эллера, а также обе тетради вариаций на тему Паганини Иоганнеса Брамса. Это одно из сложнейших произведений в фортепианной музыке. Подзаголовок вариаций — этюды для фортепиано. Там есть все: и дьявольская виртуозность Паганини, и вдумчивость Брамса. Я начал заниматься этим произведением три года назад, а на публике впервые исполнил этим летом.

Последний вопрос. Для меня верх пошлости, это когда режиссеры используют в особенно трагические или грустные моменты первую часть «Лунной сонаты» Бетховена. Они словно опускают гениальную музыку до своего уровня. А какие классические произведения посоветовал бы ты им использовать вместо «Лунной сонаты»?

Что-то из Арво Пярта, хотя и это уже стало клише. А вот, например, у Хейно Эллера есть «Эпизод времен революции». Вполне подходит!

 


К прослушиванию:
Cольный концерт Стена Лассманна 26 ноября в Концертном зале «Эстония»


читать на эту же тему