Хамдам Закиров. Одна (ну, может, не очень) короткая мысль при смене пластинки

ris_2_001

Ничто не спасает от яда этого мира —
ни музыка, ни поэзия, ни разговоры с сыном,
у которого пубертатный период и уверенность в том,
что в его-то жизни все будет не так (это так,
ведь всё различается — у него, у меня — и,
смотря на себя как бы со стороны, я понимаю,
почему он не хочет, как говорит, быть похожим,
но это, чёрт побери, так похоже, так узнаваемо —
у всех ведь у нас такое бывало с родителями, —
но когда говоришь ему о таких повторениях, они ему непонятны,
потому что опыта нет, 13 лет, и при этом
он уже практически тот, каким будет, и я не знаю пока
хорошо это или плохо, впрочем, это будет его жизнь, а мы отвлеклись от темы),
так вот, его устремленность вперёд, в позитивное будущее, никак
не совпадает с твоим ощущением, что всё катится в пропасть;
и если когда-то я плакал, лишь подумав о том, что солнце погаснет
(это через миллиарды-то лет! но в тринадцать ведь жизнь кажется бесконечной)
и что мама умрёт, и бабушка, и другие (да, прабабушка умерла, бабушка умерла,
отец умер, мама жива, дай ей бог), то позже стал думать, что, пожалуй,
не стоить рожать детей в этот мир, зачем ещё один путь испытаний,
еще одна жизнь, наполненная страданьем (это я, извините,
в 20 лет много читал по буддизму, думал над смыслом жизни, и бросил,
ничего такого осмысленного не найдя),
а затем, когда дети таки родились, стал пугаться того, что
случится с ними лет через 40-50, когда нефть закончится,
начнутся войны за ресурсы, за воду, и стабильности мира, который мы знаем,
наступит конец — и что будут делать дети, дети моих детей, мол, что я наделал? —
но вот, как мы видим, и это был ещё не предел:
сейчас мы стоим на пороге такой пропасти,
размеры которой совершенно неведомы моим детям
(у меня есть и дочка, но о ней в другой раз),
и многим другим, взрослым казалось бы людям (которые полагают всерьёз,
что возможна победоносная и локальная ядерная война, к примеру),
и я вот думаю — почему это так, что с годами
конечность мира кажется такой близкой, причем обязательно катастрофой,
и в собственной смерти ты видишь, скорей, избавленье,
так как это твой личный, персональный конец —
это как выключить телевизор, лечь спать, ослепнуть
(и не надо мне говорить, что страница твоя на фейсбуке
будет едва ли не вечным свидетельством твоего бытия, бла-бла-бла,
я не про то, не про то, что вовне), потому что
ослепнуть, лишившись при этом и слуха, и речи —
это можно представить, не так ли? — а вот глобальный конец
и возможный, к примеру, постапокалиптический мир так,
как его рисуют фильмы (и выжить в котором
у тебя нет никаких шансов — тебя одолеют потомки лесорубов и фермеров,
это наверняка) — это совсем не тот мир, в котором хотелось бы видеть детей,
и жить самому, убирая пластинку с проигрывателя и ставя новую,
меняя тему, как вот, например, сейчас — с
(Don’t worry) If There Is A Hell Below All Gonna Go Кёртиса Мэйфилда
на Supernatural Бена И. Кинга, потому что тут возникает
идеальное сочетание смены ритма и темпа, но
это уже про другое, об этом уже в другой раз.


читать на эту же тему