Польский Таллинн

plug

Между Таллинном и Варшавой порядка тысячи километров, но это не помеха для тесной и уже почти столетней дружбы между двумя странами. Эстонию и Польшу, чьи культуры находят мало точек соприкосновения, сблизила единая историческая составляющая, а отсутствие общей границы обеспечило в свое время безмятежность, на которой до сих пор зиждятся отношения обоих государств. Но, как в любом даже самом крепком союзе, одна из сторон вкладывает во взаимную связь чуть больше второй половины. В эстонско-польском случае первую скрипку играет Речь Посполитая. Это легко доказать на примере нашей столицы, довольно концентрированно пропитанной польским духом.

Дом братства Черноголовых

На богато украшенном здании в центре Старого города по адресу Пикк, 26 находится одно из первых материальных свидетельств польского присутствия в Северной Эстонии. Причем это самый увековеченный польский след в Таллинне, поскольку речь идет о рельефном изображении голов выборного короля Польши Сигизмунда III и его супруги Анны Австрийской, которые венчают парадные окна.

В 1589 г. в тогдашнем Ревеле Сигизмунд III участвовал в переговорах по урегулированию польско-австрийского конфликта, в ходе которых обсуждалось также будущее двух правящих европейских династий, Васа и Габсбургов, и было принято решение о соединении двух господствующих домов путем женитьбы Сигизмунда на представительнице габсбургского рода.

В скором времени, а точнее в 1600 г., в ходе польско-шведских семейных неурядиц Сигизмунд III — поляк по матери и швед по отцу, всю жизнь стремившийся объединить родины своих родителей в один государственный организм, — включил эстонские земли в состав Речи Посполитой, что послужило поводом к началу многолетней польско-шведской войны.

Реставрационные работы польских мастеров

Туристы и местные жители в равной степени восхищаются неповторимой красотой Старого города, а ведь в том, как сегодня выглядит средневековая часть столицы с ее извилистыми улочками, мощными башнями и высокими крышами жилых домов, есть польская заслуга. Львиная доля построек Нижнего города восстановлена и отремонтирована руками польских реставраторов: в 1970–80-х гг. над воссозданием исторического облика Таллинна трудился тандем умельцев реставрационной мастерской PP PKZ (Przedsiębiorstwo Państwowe Pracownie Konserwacji Zabytków) и строительного гиганта Budimex.

В результате мы имеем целый ряд великолепно отреставрированных строений, в числе которых уже упоминавшийся Дом Черноголовых, кроме того, церковь Св. Иоанна, летняя резиденция графа Орлова-Давыдова на Маарьямяги, Музей фотографии на ул. Раэкоя, 4/6, Музей здравоохранения на ул. Лай, 28/30, а также башня Толстая Маргарита — самое внушительное оборонное сооружение городской стены. К чести городских властей, о кропотливой польской работе упоминают информационные таблицы, установленные в разных частях Старого города.

Морской музей

Всем известно, что в Толстой Маргарите располагается Морской музей Эстонии, но мало кто обращает внимание на плиты, висящие перед его главным входом. Тем более что все они практически сливаются с известняком, из которого построена сама башня. Есть там и связанный с Польшей мемориальный знак, который в сентябре каждого года вспыхивает белокрасными цветами и выигрышно выделяется на общем сером фоне. Букеты в национальных колерах традиционно возлагаются в память о героическом подвиге польской подводной лодки «Орел», получившей широкую известность благодаря беспрецедентному побегу из Таллинна. Кстати, некоторые историки придерживаются мнения, что именно этот самовольный уход интернированной польской субмарины в ночь с 17 на 18 сентября 1939 г. и знаменует начало Второй мировой войны.

В модернизированной Летной гавани, являющейся частью Морского музея, теперь уже навеки прописалось судно, которое как таковое польским не является, но все же отчасти может считаться бело-красным. Речь идет о нашем старейшем пароходе-ледоколе «Суур Тылль». Корабль, первоначально именовавшийся «Царь Михаил Федорович», был построен в 1914 г. в тогда немецком городе Штеттин, который после 1945 г. отошел Польше и теперь известен как Щецин.

Площадь Свободы

Два польских подарка так органично слились в общий ансамбль главной площади страны, что ее уже трудно без них представить. А ведь как камень «Солидарность», так и скамейка Шопена появились здесь всего лишь 20 августа 2010 г.

Первый памятник, автором которого является пярнуский скульптор Айме Куулбух, представляет собой валун со врезанным в него глобусом всего с двумя населенными пунктами, а именно: Таллинн и Варшава, и выполненной характерным шрифтом надписью Solidaarsus. Этот подарок польского посольства посвящен 30-летию Независимого самоуправляемого профсоюза «Солидарность», во главе которого стоял небезызвестный Лех Валенса. Созданная в 1980 г. в Гданьске организация переросла в массовое социальное движение антикоммунистической направленности и объединила самые разные политические силы.

Второй подарок — это музыкальная скамейка Фредерика Шопена, который, как известно, родом варшавянин, сердцем поляк, а талантом гражданин мира. Этот памятник по своему уникален, хоть и имеет аналоги. Так, в Варшаве к 200-летнему юбилею известного пианиста и композитора было установлено целых 15 играющих лавочек, каждая из которых — со своей мелодией.

Польские топонимы

Если внимательно всмотреться в городской план Таллинна, то в непосредственной близости от делового центра столицы можно обнаружить Польскую горку и даже Польский парк (Poolamägi и Poolamäe park). Название обоих объектов берет начало у некогда находившегося здесь римско-католического кладбища, большинство могил на котором пестрило польскими именами и фамилиями, поэтому в народе место так и окрестили: Польская горка. Захоронения, частично упраздненные уже в 1930-х гг., окончательно были ликвидированы в начале 1950-х. Так на месте кладбища появился небольшой тихий парк, в котором насчитывается 11 пород деревьев, а польское название официально закрепилось в столичной топонимике.

Казалось бы, дело понятное: Таллинн на правах столицы в очередной раз все подминает под себя. Но не тут-то было! Польским наследием богаты и Тарту, и Раквере, и Нарва, и Нарва-Йыэсуу, и Кивиыли, и Хаапсалу, и Ноароотси, и Валга, и Пярну, и Лайузе, и Пыльтсамаа, и Виймси, и Вильянди, и Пайде, и Вастселийна, и Сангасте. Острова тоже не остались в стороне — в истории Сааремаа и Хийумаа есть своя польская страница. Иной вопрос, что на сегодняшний день не везде польское присутствие в Эстонии отмечено хотя бы вскользь, не говоря уже о мемориальной доске.


читать на эту же тему